От Мехико до Монреаля. История нашей гимнастики. Гимнастка любовь бурда личная жизнь


«Он совсем не умел врать». Умер семикратный олимпийский чемпион, легендарный гимнаст Николай Андрианов. Последний из истинно великих…

УТРАТА

«Сейчас великими называют слишком многих, по поводу и без, а я считаю, что по-настоящему великих гимнастов у нас было трое: Виктор Чукарин, Борис Шахлин и Николай Андрианов. Как и Шахлин, Николай выступал на трех Олимпиадах и ни с одной из них не возвращался без золотой медали. И никого уже нет в живых… Коля ушел последним. 58 лет, боже мой, разве это возраст?!»

Вчера это сказала мне Лариса Латынина. Девятикратная олимпийская чемпионка и тоже по-настоящему великая гимнастка, еще не может привыкнуть к тому, что ей приходится говорить о своем друге в прошедшем времени.

И что так теперь будет всегда…

ЛЕГКОЕ ДЫХАНИЕ

«Мы дружили, несмотря на огромную разницу в возрасте, — рассказывает Лариса Семеновна. – Конечно, у них была своя компания, а у нас своя, но с ним было так легко, что восемнадцать лет, которые нас с Колей разделяли, не чувствовались совершенно! У него было отменное чувство юмора и глаза – озорные такие, с хитринкой. Однажды, когда он в очередной раз начал шутить, кто-то из ребят ему сказал: «Ты, Коля, прямо как дед Щукарь!» А что-то от деда Щукаря в нем, в Андрианове, и правда было, вот это, может быть, радостное отношение к жизни, умение разглядеть смешное в будничном и обыкновенном.

С ним всем было очень легко. Я помню, как мы с Лидой Ивановой поехали во Владимир, на Колино 50-летие. И вот представьте, на сцену выходили самые разные люди, в том числе и простые рабочие, выходили и говорили в микрофон: «Сынок, ты наш любимый!» Дети устроили ему подлинную овацию».

В последние месяцы Николай Ефимович очень сильно болел. Экс-главный тренер сборной Леонид Аркаев навестил Николая Андрианова на даче вскоре после Нового года:

— Николай уже не ходил, почти не мог говорить, я просто посидел у его постели, рассказывал ему о себе, о том, что происходит в гимнастике, а он молча меня слушал.

Почему-то во время разговора и с Ларисой Латыниной, и с Леонидом Аркаевым мне все время вспоминался рассказ Бунина «Легкое дыхание». Наверное, потому, что и легкость, с которой Николай Андрианов работал на помосте, была воистину поразительной.

«Его отточенный, четко оттянутый носок… Андрианов ноги, по-моему, вообще никогда не сгибал и не разводил! И как мотор, понимаете, как мотор, заведется и работает… Коля всегда шел на два шага впереди остальных, он был первым, кто сделал на кольцах два с винтом! После него больше не было такого воздушного, стремительного, элегантного гимнаста, — замечает Леонид Яковлевич. – Николай Андрианов был как вспышка света, он до такой степени завораживал быстрыми и легкими движениями, что судьям было трудно оценить и осознать, а что же, собственно, он только что сделал. Он будто вводил в состояние гипноза…

СУДЬЯ ПОД ГИПНОЗОМ

«На Олимпиаде в Монреале шла острейшая борьба за золото многоборья, – продолжает Леонид Аркаев. – У Андрианова последним снарядом был конь, а это снаряд нервный, коварный. После разминки Николай подошел ко мне: «Поставьте мою ширину ручек». Я сделал все, как он попросил. А судьей на «коне» «сидел» японец Канако. Андрианов начинает чисто, красиво, молниеносно соскакивает… Я стою и не могу понять: «Что же это сейчас было? Исполнил ли он хоть все, что нужно?» В таком же состоянии находится японский судья… Канако, по-моему, целую минуту приходил в себя, прежде чем выставить оценки. Андрианов, конечно, получил высочайшие баллы и стал абсолютным олимпийским чемпионом».

«Он совсем не умел врать, — голос Аркаева дрожит и прерывается. – У Коли все было написано на лице. Даже когда нарушал режим, не отнекивался на следующий день и ничего не отрицал. Он был не только великим гимнастом и простым, доступным человеком, он еще очень чувствовал людей, идеально отличал тех, для кого важен он сам, от тех, кто тянется к нему как к знаменитости. И что самое уникальное – он был и великим тренером.

Когда Николай Ефимович возглавлял молодежную сборную, у нас был такой резерв, что любой из его ребят готов был и мог на равных соперничать с гимнастами основного состава! Самым тяжелым и драматичным моментом в его жизни, мне кажется, было время, когда он закончил выступать… и тут как раз поменяли деньги. Вы представляете, что это значит? Сгорело все, что он заработал за долгие годы выступлений, а впереди была еще долгая-долгая жизнь. Счастье, что он нашел себя, состоялся как тренер. А если бы нет?!»

«ТЫ ВСЕ РАВНО БУДЕШЬ МОЕЙ…»

Любовь Андрианова (Бурда)*, супруга семикратного олимпийского чемпиона и член женского технического комитета ФИЖ, находилась рядом с больным Николаем Ефимовичем почти неотлучно.

«Разве я могла бросить его наедине с такой бедой?» – сказала мне Любовь Викторовна по телефону. Я понимаю, что в такой день разговаривать с журналистами практически невозможно. Но все-таки, многократно извинившись, прошу у Любови Викторовны всего одно, самое дорогое воспоминание: «Мы оба были гимнастами и знали друг друга так долго, что у меня даже не отложился в памяти тот момент, когда Коля объяснился мне в любви или сделал предложение. Он просто был рядом со мной всегда. И ни объяснения, ни предложения руки и сердца, по-моему, у нас просто не было. Были только его глаза с хитринкой и как он повторял мне едва ли не каждый день: «Ты все равно будешь моей…».

*Любовь Андрианова (Бурда) – двукратная олимпийская чемпионка. Ее имя носит сложнейший элемент на брусьях – «вертушка» на 540 градусов.

ХРОНИКА

ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ ВЫРАЗИЛ СОБОЛЕЗНОВАНИЯ РОДНЫМ НИКОЛАЯ АНДРИАНОВА

Президент РФ Дмитрий Медведев выразил соболезнования родным и близким выдающегося гимнаста, семикратного олимпийского чемпиона Николая Андрианова, сообщает пресс-служба Кремля.

«Николай Андрианов был одним из самых титулованных российских спортсменов. Его по праву называли лучшим гимнастом XX века. Николая Ефимовича высоко ценили и как талантливого тренера, сумевшего передать своим ученикам стремление бороться до конца и побеждать», – говорится в телеграмме Президента.

«Добрая память о Николае Андрианове навсегда сохранится в сердцах коллег и друзей – всех, кто знал и глубоко уважал его», – отметил Медведев.

www.sovsport.ru

Когда гимнастика ещё была гимнастикой…

Когда гимнастика ещё была гимнастикой…

Случайная статья в Википедии — и сразу известнейшее имя: Людмила Турищева.Пальцы сами набрали в поисковике имя её коллеги (не подруги — там не могло быть подруг) по сборной СССР: Тамара Лазакович…Чемпионат СССР, телетрансляция. Лазакович делает опорный прыжок — и мама мне: «Что значит мастер! Приземлилась — как припечатала.»Тамара Лазакович умерла 1 ноября 1992 года.В Сети только скупые упоминания о том, что в жизни у неё были пьедесталы почёта, тюрьма, наркодиспансеры, алкоголизм…Дело известное. И началось это не вчера. В середине 70-х я встретила тренера-гимнаста нашей спортшколы, и после «здравствуй» он — без перехода: «Представляешь, вчера узнал — Зинаида Воронина развелась с мужем, пропила все свои медали…»Это Зинаида Воронина, звезда Олимпиады в Мехико… Впрочем, тогда она, кажется, была ещё Дружинина.Не всем так повезло, как Турищевой и Латыниной — Турищева счастливо вышла замуж, сделала успешную карьеру, а Латынину помимо этого ещё и Господь спас. Её беременную послали на Олимпиаду в Рим, плюхаться животом о жерди на брусьях. Каким-то чудом ребёнок остался цел…(Гимнасток гинекологи не любят. Во время родов невозможно предсказать, как поведут себя мышцы брюшного пресса, дело часто кончается кесаревым…)Но стране нужны были медали, а не Латынина. Тем более — не её дети.Повезло Русудан Сихарулидзе, она стала министром спорта Аджарии. Эльвире Саади — она уехала в Канаду. Ларисе Петрик. Любови Бурде. Вот, пожалуй, и всё.Ольгу Корбут поймали на воровстве в супермаркете, сын её — фальшивомонетчик.Судьба вышвырнутой из жизни Елены Мухиной известна всем.Зинаида Воронина умерла в 2001 году.У Тамары Лазакович была тяжёлая травма колена, из спорта ей пришлось уйти.

Многие исследователи, лично знавшие чемпионку, считают, что она не смогла найти своё место в жизни после ухода из большого спорта и семейных неудач, результатом чего явилась тяга к спиртному. Лазакович дважды пыталась круто поменять свою жизнь, покинув Витебск, однако перемена обстановки не помогла ей обрести душевное равновесие. Располагая вначале ма

duniashka.wordpress.com

Untitled Document

Она из того поколения гимнасток, что были на зависть всем — и прошлым, и нынешним. «Если возьмем Олимпиаду в Мехико, в Мюнхене, в Монреале, когда мы на две головы были выше остальных, — такой гимнастики уже не будет», — Любовь Андрианова-Бурда знает, о чем говорит. Двукратная олимпийская чемпионка, чемпионка мира, член женского технического комитета ФИЖ, судья международной категории, жена неповторимого Николая Андрианова.ТЕКСТ ОКСАНА ТОНКАЧЕЕВАФОТО: ЕЛЕНА МИХАЙЛОВА, ДМИТРИЙ ЖДАНОВИЧ, АЛЕКСАНДР ДМИТРЕВСКИЙ из личного архива АНДРИАНОВЫХ

— Вы — одна из самых известных судей в мировой спортивной гимнастике. Судейская карьера вас всегда привлекала? Да я, честно говоря, специально ее и не выбирала. Сразу после спорта переключилась на семью, детей, а снова в зал пришла, потому что там вся моя жизнь была. Начала тренировать, и довольно успешно. Девочки мои были лучшими в школе, попали в сборную России. Но одной работать тяжело. Ты уезжаешь с кем-то, а группа остается. Бригадой все-таки выгоднее. Ну, а если вас хотя бы двое, то, почему один не тренер, а второй не судья? Еще эффективнее. Начала изучать судейство. Лидия Гавриловна Иванова очень много мне в этом деле помогала, везде ведь свои нюансы есть. И пошло, пошло... Потом появился еще и техком.

— Обычно спортсмены и тренеры в любых видах спорта технические комитеты в международных федерациях больше ругают, чем хвалят. А вы сами можете назвать, например, в чем сегодня самый большой минус женской гимнастики?Нас ругают, что она стала более спортивная, не такая артистичная. Я с этим соглашусь. Но, поймите, прогресс ведь невозможно остановить. Бежали 100-ме-тровку за 10 секунд, потом за 9,9 потом за 9,8... И у нас так же. Ведь отбор в спортивную гимнастику очень специфичен. Мы подбираем маленьких, худеньких, юрких, которые могут сделать красивую сложную гимнастику. А что такое артистичность? Это такая индивидуальность! Кто-то приходит в зал — и по лицу, движениям сразу видно: артистка. А кому-то это вообще не дано. И берет он сложностью. И нельзя сказать, что это плохая гимнастика. Здесь надо найти золотую середину, чтобы были не обижены те девочки, которые делают сложнейшие элементы, и те, которые больше танцуют. А золотая середина — это очень сложно. Вот взять ту же Ребекку Бросс — уверенная, красивая, и не могу сказать, что артистична. Но ведь и не проигрывает из-за этого, потому что преподносит себя мощью и скоростными качествами. Могу выделить Настю Люкин, которая была, можно сказать, само совершенство. Можно назвать Лилию Подкопаеву, нашу Свету Хоркину — это всегда и заводящее публику выступление было, и в то же время все сложно. Мустафина Алия — вообще гимнастка, которая родилась покорять мир. И все же, никуда не денешься от того, что у нас субъективный вид спорта.

— Судьям тоже трудно оставаться беспристрастными?Не получается. Казалось бы, я сегодня оценки уже не ставлю, контролирую работу судей, но все равно, когда выходит наша команда на снаряд, вы не представляете, что в душе творится. Сердце у меня ... я не знаю, где оно стучит. Потому что это НАШЕ. Хочешь, не хочешь, кем бы ты ни был, — НАШЕ. Вот нам говорят: «Вы — судьи ФИЖ, а не страны». Да, нет. Нет у нас нейтрального судейства. Его просто быть не может. Все равно эмоции верх берут.

— Свои эмоции на соревнованиях хорошо помните?Все сглаживается, конечно. Настолько мы еще юные были... В 15 лет на первую Олимпиаду в Мехико я и Люба Турищева поехали по специальному допуску. Потом за мужа сколько Олимпиад болела! Потом, как судья, столько их прошла. В Мексике, помню, очень переживала за свою фамилию. Переводится-то она не очень-то хорошо, и меня этим — Бурда-бурда — часто поддевали. А Саша Медведь, борец-тяжеловес меня все оберегал, успокаивал: «Да ты не волнуйся, все хорошо будет!», и протягивал свою могучую руку. И так это трогательно было: он такой большой, а я такая маленькая.Вообще, первое, что бросалось всем в глаза — у нас была очень дружная команда. Именно команда. Мы друг за друга и поболеть успевали, и порадоваться, и переживали, если что не так. В Мюнхене я всю ночь просидела после соревнований в специальном боксе, сдавая допинг-контроль. Гимнастика — это же сплошной режим. Лишней капли жидкости нельзя было допустить. Вот и нечем мне было сдавать. А наутро нас в олимпийской деревне чествовали, звания заслуженных мастеров вручали. И тут я прибегаю, а меня буквально каждый спрашивает: «Ну, получилось?».А страшное, расстрел спортсменов, забудешь разве? Мы уже уехали в тот момент на показательные выступления по Германии... Но одно из самых ярких воспоминаний тех времен, повторю, — ощущение единства команды. Хоть и говорят, что у нас вид спорта, где каждый сам за себя, все равно, считаю, самая главная медаль — командная. Когда команду выигрываешь, нас уже воспринимают так: это — сила.

—А «вертушка Бурды» снится?Редко, почему-то во сне я чаще на бревне выступаю. А вертушка... Помню, как мы впервые на Спартакиаде СССР этот поворот показали. Еще на разминке все шеп¬тались: «Штукман привез новое чудо». Конечно, это было, как бомба, немножко уже другая гимнастика. А вот, как придумали эту вертушку, точно не помню. Юрий Эдуардович говорил: «Ну-ка, продолжи этот поворот, оттолкнись. Что мы можем, где схватиться? А если еще доба-вить?»... Наверное, это больше как игра начиналось.

— Страха не было?Никогда не считала себя трусихой, и бесстрашной тоже. Это глупость. Но был у меня такой чертенок в голове... Любила идти на риск, любила кураж. И терпеть не могла монотонную работу. Штукман всегда искал компромисс: «Не надо делать десять раз, сделай идеально четыре, и хватит».Если сравнивать с тем, что девочки показывают на помосте сегодня, наша гимнастика не сложная была, но не забывайте — уже другие снаряды, да все другое. Мы выступали на таких деревяшках... Сейчас гимнастки выходят — это же красота! Какой купальник, какой костюм, как она причесана! Мы же за счастье считали получить шерстяной спортивный костюм, синий. Или купальник. В нем было и жарко и неудобно, но для нас это было все: мы оделись, счастье! А в сборную попасть... Это тоже было все! Я часто с девчонками сегодня разговариваю — чуть что, начинается: мы устали, я не хочу, нам это уже не надо... Я не понимаю: как это для них не престижно в сборную попасть? Как это ей все равно — поедет она на Европу или нет? Для меня это дико. Да, спортсмены другие сегодня. Не плохие, просто другие. Но вот тот патриотизм, стремление победить, во что бы то ни стало, мы все-таки немножко потеряли.

—Люба, а сыновья ваши с гимнастикой связаны крепко?Сергей и Владимир были гимнастами. Не случайно, конечно, потому что мама и папа всегда в зале, хочешь не хочешь, и детей приведешь с собой. Вопрос начать ли заниматься гимнастикой даже и не стоял. Это, как ходить, читать научиться, — все само собой должно было получиться. И получилось. Они были... живчики такие. Координированные. Оба и в молодежную сборную входили, и места высокие занимали, но потом какой-то лимит свой, видимо, исчерпали.

—Для вас с Николаем было важно, чтобы они добились на помосте больших успехов?Как мы с Колей ни старались избегать всяческих сравнений, но дети как-то признались, что наше прошлое их все равно «придавливало». Они, бывало, и сами говорили: «Нас всегда будут срав-нивать с вами». А тут еще кто-то нет-нет, да напоминал: «А вот папа твой делал, а вот мама»! Им не хотелось, конечно, быть хуже, а лучше по каким-то причинам не получалось. Они очень переживали. А мы радовались, когда все им удавалось, когда какие-то медали зарабатывали, но это не было самоцелью, получалось все само собой, шаг за шагом. В какой-то момент старший переболел желтухой, нужно было сильно ограничивать нагрузки, младший — в рост пошел. Так и закончили. Сергей потом выступал в московском цирке, там тогда несколько гимнастов собрались, и долгое время был у них свой номер на перекладине. Сейчас в Японии работает, тренером. В том же клубе, у Цукахары, где работал Николай. Он еще при жизни передал сыну свое место. Володя, младший, тоже поначалу институт физкультуры закончил, но дальше в спорт не пошел, занялся коммерцией.И, знаете, это как раз тот случай, когда человек все равно остался в гимнастике. Он и все соревнования наши старается не пропускать, и в курсе того, что и где у нас происходит... Все равно это наша жизнь, здесь трудно остаться равнодушным.

—А внуки есть?Да, Максим, от младшего сына. Идет в этом году в школу. Гимнастикой занимается пока на начальном этапе, пока ему нравится. Не могу сказать, что «горит», как это у нас было. У нас ведь все было понятно и четко. Гимнастика? Значит, в гимнастику—с головой. Но сейчас ведь и дети другие, и выбор у них больше. Он уже и танцами бальными занимался, и много разных занятий перепробовал, а сейчас у него гимнастика.

— Вы родились и выросли в Воронеже. Большую часть жизни прожили во Владимире, часто бываете в Москве. Где все-таки ваш дом сегодня?Наверное, дом там, где дети, внуки... Дети во Владимире. Там и школа любимая, в которую всегда захожу, когда приезжаю. Я люблю бывать в Москве, мне здесь нравится, но это, скорее, перевалочный пункт, где я останавливаюсь. В Воронеже — брат, мама, там я родилась. Не могу сказать, где мой дом, честное слово. Люблю Владимир, потому что это — целая жизнь, с ней много связано. Не могу не любить Воронеж, там, помимо родных, еще жива моя первая тренер Вера Захаровна Пенкина, которая и привела меня в гимнастику... Она уже передала меня Юрию Штукману, а я долго еще продолжала ходить и к ней на тренировки. Не могла представить, как это — первый тренер, а я ее брошу? Кстати, жена Штукмана, Римма Алексеевна, работает в нашей воронежской школе. Возраст уже серьезный, но без гимнастики сегодня такие люди не могут. Да они и нужны в зале. Это ведь они подстегивают молодежь, они подсказывают. Нехватка тренерских кадров сегодня самый главный наш бич. Уходят такие асы, на которых все держалось... А молодые — они спешат немножко, хотят быстрее получить результат, но этому тоже надо учиться. Где-то надо выждать, где-то потерпеть, а это только опыт, только время.

—А как сегодня дела во Владимирской школе?Что мне не нравится — ушла некоторая преемственность, традиция растить своих, владимирских гимнастов. Сейчас многие школы с этой проблемой сталкиваются. Берут готового спортсмена, второй город ему приписывают, и сдает он «зачеты» туда и сюда. У меня такое ощущение, что тренеры на этот путь уже заранее настроены: лучше взять, чем воспитать. Потому что довести до высокого уровня легче, а вот поставить на ноги не так-то просто, особенно в мужской гимнастике. Она в этом смысле очень долгая. А тут где-то ты договорился, кто-то сам к тебе попросился... Пожалуй, Юра Рязанов был последним нашим, настоящим, владимирским. Все-таки, когда выступали «родные» владимирские ребята или девчонки, — их сразу было видно. И заслуга тренеров, школы, города была видна.

— Рассказывают, что из большой коллекции ваших с Николаем наград ни одна из них никогда не висела в вашем доме, это правда?Да, до сих пор лежат в большой спортивной сумке. Мы никогда не делали из этого культа. Вот сейчас была в Ростове, стали меня на одной встрече представлять: «познакомьтесь, двукратная олимпийская чемпионка», а мне как-то неуютно. Не люблю я это. И Николай не любил. Многие на похоронах говорили: «Это человек, который за свою жизнь ничего не попросил». И я считаю, что за это его будут уважать еще больше.

...Во Владимире само отношение к нам городских властей было замечательным. Нас и поженили не в ЗАГСЕ, а в ресторане. Сам мэр города расписал, вручил сразу ключи от квартиры... Да, наверное, мы были звездочками, это понятно. Но сами никогда этого не показывали.

— Красивая, наверное, была свадьба?Очень. Хотя не могу сказать, что платье на мне какое-то особенное было. Фата — да, очень красивая была. Мы ее с подругами придумали, сами из сеточки белой сшили. Она накрахмаленная, высокая такая получилась, Коля, он же невысокого роста был, все переживал до последнего: смотри, говорил, туфли на каблуках не смей надевать.

— Чем Николай вас покорил?Он не был красавцем, но настолько обаятельным... И в нем тоже сидел чертенок. Я очень люблю одну фотографию: эта улыбка хитрющая, глаза с хитринкой. На этом снимке он весь. Очень добрый. За всю жизнь я от него ни в чем не знала отказа. Хотя, никогда ничего лишнего и не просила: ни он, ни я не были избалованными. А дома деньги никогда не прятали, они на виду лежали, нужно тебе — возьми.

Доброта, скромность, легкость... В нем все как-то органично складывалось. Так и в гимнастике. Легкость, красота линий, сложность — он же первым исполнил три сальто с перекладины. Риск в нем был, азарт и легкость. Ему многое легко давалось, и очень многое было дано.

—Говорят, Андрианов очень нестабильно выступал, а когда влюбился в вас, просто преобразился на помосте.Не могу сделать такие выводы, но одно скажу: конечно, он любил меня до последнего часа. И он был хорошим отцом.Самый трудный период в нашей жизни наступил, когда произошла денежная реформа. Мы уже встали на ноги, какие-то деньги насобирали, детям откладывали, и вдруг в один момент все обесценилось до нуля. А мы ведь прошли тот период, когда могли зарабатывать, как раньше. И что? Медали свои продавать? То, что Коля уехал работать в Японию, это была вынужденная мера.

— Японцы же его и до этого не раз приглашали?Да, Цукахара устраивал что-то типа симпозиума «Гимнастика будущего». Пригласил нас, Белла Кароли, мы ездили по всей Японии, читали лекции. И в конце Мицуо предложил нам обоим: «Не хотите поработать»? Но я даже и не рассматривала такую возможность, у меня на тот период девчонки были хорошие, и я уже вливалась в судейство. Николай тоже отказался. Он был президентом российской федерации гимнастики, а когда произошел распад Союза, пришел к Леониду Аркаеву и сказал честно: «Не мое это — быть президентом. Давай, лучше ты — президентом, а я — тренером». Но потом приглашения стать тренером сборной так и не последовало. И куда идти? Мы приняли решение: он едет, я остаюсь. Хотя, считаю, Коля намного больше принес бы пользы здесь. Ведь результаты его мальчишек, когда он был старшим тренером молодежки, говорили сами за себя — Коробчинский, Беленький, Билозерчев, Артемов, Щербо... Их только во взрослую команду передавали, они выходили и делали Олимпиаду. Но не сложилось, не срослось.

— Никогда не задумывались, откуда в нем столь редкое сочетание — хороший спортсмен и хороший тренер?А вы знаете, он, когда был спортсменом, практически не учил элементы. Он их сразу проживал. Встает утром и говорит: «Слушай, Люб, а вот я такой элемент сегодня сделаю». Я ему: «Как сделаешь»?А он: «Я видел во сне, я все сделаю». И делал. Настолько у него было развито мышечное ощущение, что он мог в голове все прокрутить, подойти к снаряду и сделать. Он и мне очень помогал. После своей тренировки приходил ко мне на тренировку и работал с девчонками.

Знаете, Цукахара не смог на похороны приехать, приехал после 9-го дня, привез мне большую коробку с записями песен, которые Коля любил петь под караоке, пошел на кладбище. Так плакал... Просил прощения, что не получилось навестить Колю, пока он болел.

—Болезнь как-то можно было предотвратить?

Уже вернувшись из Японии домой, Николай стал ходить, как-то покачиваясь. Говорят, еще в Японии часто терял сознание. Естественно, он об этом не рассказывал. Начал обследоваться. Врачи сначала сказали, что эта разбалансировка мышц связана с заболеванием мозжечка. Что надо поддерживать себя лечебной физкультурой. Потом выяснилось, что это редкое заболевание было у Коли на генетическом уровне. Он все время спрашивал: почему я? И боролся. Мы же, спортсмены, не любим ходить по врачам. А тут и пить совсем перестал, сказали ему бросить курить — бросил. В Германии врачи подтвердили, что процесс уже не остановить, надо делать специальные упражнения. Ему становилось все хуже и хуже. Ничего конкретного ни от кого мы не могли добиться — что делать? Как лечить? Написали на сайт Путину и Медведеву. Такой человек погибает, надо же что-то делать! Прислали делегацию профессоров, специалистов по этой болезни, и тогда уже приговор прозвучал окончательно: редкое неврологическое заболевание. Это неизлечимо. И с 2006-го года у нас начались больницы, доктора, больницы, доктора... Коля сначала пытался вставать из коляски, потом уже лежал, потом уже не двигался совсем. В последнее время речь у него пропала, хотя понимал он все прекрасно. Долго он мучился, очень долго. И просил всегда что-то сделать. Не жаловался никогда, нет. Это знаете, как крик души был, наверное. А потом тут же: «Да, может быть, я выйду сейчас, мы там бассейн сделаем». Он все равно боролся, боролся до последнего.

— Какие свои победы он ценил особенно?Самая счастливая медаль для него за Монреаль. Это была его Олимпиада. Он был на ней король. Настолько это было красиво. Самая трудная — последняя, московская, когда уже травмы пошли, когда уже болела ключица, и эта медаль — самая дорогая.

Очень, конечно, хотелось бы, чтобы сын наш все-таки влился в школу. Очень хочется, чтобы продолжилась фамилия Андриановых во Владимире, именно как фамилия, связанная с гимнастикой. Не знаю, в каком качестве, но очень хочется.

andrianovne.narod.ru

Не будет хорошего тренера, не будет и гимнастики

В мире спортивной гимнастики она человек очень известный. Как спортсменка принимала участие в двух Олимпиадах и неизменно возвращалась с титулом чемпионки в командных состязаниях. По окончании спортивной карьеры прекрасно проявила себя в тренерском деле, судействе, причем на самом высоком международном уровне.

Ныне Любовь Викторовна Андрианова (Бурда) представляет Россию в техническом комитете международной федерации гимнастики.

В Ростове она оказалась тоже по делам своего любимого вида спорта. Двенадцать лет не проводились чемпионаты и первенства вооруженных сил страны по спортивной гимнастике. Инициативу возродить их проявили ростовчане. По общему мнению, состязания прошли на самом высоком организационном уровне. Чему, естественно, способствовала отличная работа судейской коллегии. Коллектив судей, обслуживавших женскую часть соревнований, возглавляла Любовь Андрианова. Упустить возможность пообщаться со столь авторитетным специалистом было бы просто неразумно.

— Любовь Викторовна, наша газета начала серьезный разговор о судьбах российского спорта, в первую очередь — детского, ибо те живительные роднички, которые питают талантами спорт высших достижений, увы, нередко оказываются брошенными на произвол судьбы.

— Процесс разрушения происходит очень быстро. А чтобы восстановить, требуется намного больше времени, сил, средств. Гимнастика — очень сложный вид спорта. Заниматься им начинают в раннем возрасте. Чтобы достичь чего-то существенного, ребенку приходится отказывать себе во множестве приятных моментов, вполне естественных для детей в этом возрасте. Они касаются развлечений, питания, режима дня и многого другого. Гимнастика требует, если хотите, каторжной работы детей. Пусть умелый тренер и старается облекать ее в форму игры, пусть и ребенку очень интересно, он увлечен этим занятием, но все равно трудиться необходимо системно и очень много. Так что вы очень правильно делаете, что начали серьезный разговор о судьбах детского спорта.

— Вы судили женскую часть состязаний, есть девочки, которые особенно приглянулись?

— Они еще маленькие, 1997-98 годов рождения. Некоторые понравились, но говорить о них как о звездочках еще очень рано. Им еще расти, создавать хорошие комбинации, шлифовать исполнение элементов и программ. Но радует уже то, что есть на кого посмотреть. Увы, за последнее время утеряно очень большое количество тренеров. Потерять смогли, а вот воспитать новых не сумели, не успели. Из спортсменов, которые заканчивают свой путь в гимнастике, очень мало кто выбирает тренерский хлеб. Очень уж он тяжел. Очень много социальных проблем, с которыми молодой специалист, увы, остается порой один на один. Мы постоянно слышим, что нужны олимпийские медали, но они, эти медали, просто так не возникают. Они не появятся по мановению волшебной палочки. Для этого нужны специалисты, одаренные дети, отлаженная система их выявления и грамотной эффективной подготовки на всех этапах становления и развития. На все это необходимо время.

Но самое главное — должен быть прочный тандем тренера и спортсмена. Всегда поражаюсь, когда слышу, что главное — это спортсмен. А где же тренер? Что такое спортсмен без тренера?! Это ничто. Без знающего наставника, технаря, да еще и важно, чтобы он был педагогом, ничего не сделаешь.

— Увы, сегодня весьма нагляден иной подход. За тот же олимпийский успех материальное вознаграждение спортсмена и тренера далеко не одинаково. Но дело даже не в деньгах, беда в том, что очень многие спортсмены уверены, что все замыкается исключительно на них. Не нравится тренер, сменим. Да и чиновники рассуждают примерно так же.

— Это очень большая ошибка. Мне в жизни очень повезло на хороших наставников. Юрий Эдуардович Штукман был удивительным человеком. В эту когорту входит и Руслан Спиридонович Лавров, создавший в Ростове очень авторитетную школу гимнастики. Это люди, которые жили гимнастикой, творили, двигали ее вперед. Мы учились у них всему — что читать, как разговаривать, как одеваться, что и как кушать. Штукман был для меня вторым папой. Понятно, что есть родители, но вторые люди в моей жизни, которые сделали меня, это мои наставники. Только такая работа тренера и спортсмена принесет успех. Спортсмен без тренера ничего не стоит, как и наставник тоже — без талантливого ученика. А критерий всему — результат.

— В вашем виде спорта отъезд тренеров за рубеж приобрел огромные масштабы.

— Конечно, люди имеют на это право. Наша беда сегодня, что отпустили таких специалистов. Но сделать ничего невозможно. Люди хорошо устроились, пустили там корни, дают результат. Их там уже все признали как очень сильных специалистов. Иной раз посмотришь на трибуну, где сидят специалисты на чемпионатах мира, в делегациях очень многих стран по нескольку человек русскоговорящих. Пожалуйста, дочь олимпийского чемпиона Люкина уже сама олимпийская чемпионка. Это наша плеяда тренеров ее подготовила. Сегодня мы радуемся за них. Но всегда возникает мысль, а как было бы хорошо, если бы эти специалисты работали дома. Мы все помним, как закрывались школы, как не было зарплат. Не хочу сказать, что многие не выдержали эту трудную ситуацию. Наверное, они просто так решили. Это их выбор и его надо уважать.

— Вы сами перед таким выбором стояли?

— Один раз был разговор с мужем. Нам предложили открыть в США свою школу. Посидели, подумали — здесь наши дети, внуки, родители, друзья. Были бы моложе, возможно, и согласились. Я работала по контракту в США. Потом еще несколько раз приглашали в этот же клуб, возможность остаться была. Но, понимаете, там к тебе с улыбкой обращаются — привет, как дела? И тут же идут дальше. Ты же спросила — как мои дела, я хочу ответить, но это уже неважно. У них установка такая — надо бодро улыбнуться и просто сказать: о’кей. А мы другие. Возможно, это и мелочь, но  мне  было дико, что, придя в гости с гостинцами, прощаясь, надо все, что осталось, забрать назад. Мы другие. И в возрасте таком, что уже поздно менять менталитет и привычки. Мы решили остаться дома.

— После окончания спортивной карьеры вы как-то плавно перешли в иные ипостаси, оставшись в гимнастике.

— Считаю, что мне очень повезло. Продолжила свою жизнь в гимнастике. Была тренером, судьей. Сегодня — член технического комитета международной федерации гимнастики. Технический комитет создает правила, проводит все официальные соревнования. Это важная и сложная работа.

— Принято считать, что женская гимнастика уходит от той одухотворенности, которая была в ваши времена и раньше.

— Могу поспорить. Да, что-то теряется, но что-то и находится. Если сравнивать с теми временами, когда выступала Латынина, то гимнастика, по сути, стала молодежной. Невозможно человеку сказать — здесь ты должна остановиться в стремлении к сложности. Приходит девочка, да, может быть, она так вдохновенно не танцует, но каждая берет своим, она владеет сложными элементами. Найти сочетание сложности и артистичности — вот это главная задача. Нынешние правила дают возможность стимулировать артистичность, можно сбавить оценку на добрый балл. Но не всегда эту возможность используют. Начинаешь судей спрашивать: почему? Отвечают, мол, ребенок столько трудился, комбинацию сделал, пусть и не очень артистично, но наказывать его за это как-то жалко. К этим правилам тоже надо привыкнуть, надо судьям объяснять, показывать, учить, чтобы они умело поощряли артистичность.

— Насколько я понял, вы считаете, что гимнастика идет верным путем?

— Многие нас ругают за то, что гимнастика все сложнее. Но я не могу согласиться, что сегодня она сложнее, чем была, скажем, лет восемь-десять назад. Да, немного сложнее стали упражнения на брусьях, но и интереснее тоже стали. Например, в Пекине на Олимпийских играх финальные соревнования прошли без единого падения. А какие красивые были упражнения, какие красивые гимнастки. Это говорит об уверенности. Не забывайте, что на Олимпиадах всегда запредельное психологическое напряжение, но и с ним девочки успешно справлялись, как и со сложностью программ. Давайте оптимистичнее смотреть вперед. Все вместе трудиться с пониманием ответственности за будущее гимнастики. И тогда придем к гармонии сложности и красоты.

С каждым новым олимпийским циклом мы стараемся что-то усовершенствовать. Вот и в Ростове собрала всех судей и попросила внятно сформулировать, что в нынешних правилах не устраивает, что надо было бы изменить.

— Есть возможность реально влиять на этот процесс?

— Конечно. У нас очень хороший технический комитет, грамотный, высокопрофессиональный. Понятно, что невозможно сразу вводить все, что мы предлагаем, надо доказывать, убеждать. Не все пока получается, но, подчеркиваю, у нас сильный, знающий дело комитет, готовый трудиться на благо будущего гимнастики.

— Работа в этом комитете — это общественная нагрузка?

— Да, я за это зарплату не получаю, только командировочные, когда требуются выезды. Но я делегат от своей страны и считаю, что это очень ответственно.

— Любимое время года?

— Как человек очень теплолюбивый  больше всего люблю лето.

— Время суток?

— У меня обычно к вечеру больше энергии, настроена что-то делать, неважно даже где это происходит — дома или на соревнованиях.

— Умеете готовить?

— Кто же еще будет готовить в семье, как не жена, мама, бабушка. Не возьму смелость сказать, что я такой уж корифей в кулинарии, но гостей принимать люблю, а значит, и готовить. Люблю делать заготовки на зиму. Родным и близким нравится.

— Гости — это люди спортивного круга?

— Не обязательно. За многие годы жизни мы приобрели не только друзей из мира гимнастики.

— Напиток, которому отдаете приоритет?

— Чай с лимоном.

— А из спиртного?

— Хорошее красное вино — французское или итальянское. Нравится и ваше цимлянское.

— Цвет?

— Раньше очень любила коричневый. Но всю жизнь отдаю приоритет белому.

— Праздник?

— Новый год.

— Книга?

— Читаю достаточно много, особенно в командировках. Дома, вы понимаете, у женщины возможностей для этого куда меньше. Сегодня в жизни вокруг, увы, много самого разного негатива. Поэтому предпочитаю легкие любовные романы. Прочитала и… забыла.

— Музыка?

— Классическая, эстрадная, с удовольствием слушаю самую разнообразную хорошую музыку, как говорится, под настроение.

— Фильм?

— «Москва слезам не верит» и другие наши старые фильмы. В них было очень многое — доброта, эмоции, душевность. Современные картины нравятся меньше. Но вот недавно с внуком ходила на «Аватар», смотрела с удовольствием.

— Внук уже приобщился к спорту?

— Ему шесть лет, начал заниматься гимнастикой.

— Ну, уж если он пойдет в дедушку и бабушку…

— Не будем загадывать, лучше всего, если он сам на себя будет похож.

— У вас сколько детей?

— Два сына. Тоже занимались гимнастикой, были неплохими мастерами спорта. Старший сын так и остался в гимнастике. Работает по контракту тренером в Японии. А младший сказал, что в семье и без него тренеров да гимнастов хватит, и занялся коммерцией. Я считаю себя очень счастливой женщиной — муж, два сына, внук.

— Есть любимый актер?

— Они из той великой плеяды, что, увы, уже ушли — Жженов, Тихонов — актеры с большой буквы. Сейчас тоже одаренной молодежи много, но мне та плеяда все-таки ближе.

— Есть вид спорта кроме вашего, который вам особенно интересен?

— Очень люблю смотреть одиночное мужское фигурное катание. Этот вид спорта воспринимаю примерно так же, как гимнастику. Художественную гимнастику смотрю, но определенное однообразие в ней все-таки ощущается, хотя смотрю все равно с интересом.

— Страна? Город?

— Когда выступала, то очень любила Германию. Сейчас так много поездок, что даже не могу что-то особо выделить. Очень много стран видишь, и каждая интересна по-своему. В прошлом году была в Мексике. Очень многое вспомнила, что связано с моей первой Олимпиадой. А город… Многие города так преобразились. Люблю приезжать в Ростов, всегда доброжелательные, хорошие люди. Люблю свой родной Воронеж, сейчас он стал очень красив. А вот в столице очень устаю, если выехала куда-то из дома, то целый день в суматохе.

— Но живете в Москве?

— Да, но часто бываю и во Владимире.

— Как проводите досуг?

— Очень люблю работать на даче. Вообще не терплю праздности, мне нравится обязательно что-то делать.

— Автомобиль водите?

— Права имею, когда получила, то водила, но сейчас необходимости в этом нет.

— А марка автомобиля имеет значение?

— Лучше, конечно, красивая иномарка.

— Есть изречение или девиз в жизни?

— Жить так, чтобы не было стыдно перед людьми.

— Историческая личность, с которой хотели бы пообщаться, будь такая возможность.

— Поговорить бы сейчас со Штукманом. Это тот человек, с которым я могла говорить обо всем. Он научил меня всему – ходить, одеваться, даже выпивать. Когда мне исполнилось восемнадцать лет, он пришел с бутылкой шампанского и сказал: «Люба, теперь ты имеешь право со мной выпить».

— А как он сам относился к спиртному?

— Не могу сказать, что он выпивал постоянно, но как любой нормальный человек иногда мог себе позволить.

— О нем очень многие так тепло вспоминают, тот же Руслан Спиридонович Лавров.

— Да, они очень дружили. Оба творцы, новаторы, педагоги от Бога.

— Самая большая ваша удача?

— Что появилась на этот свет.

— Самое горькое разочарование?

— И в спорте, и в жизни в целом, конечно, неприятные моменты случались, куда же без них. Горькое в каждой жизни есть. Но стоит ли об этом говорить. Тем более, что все познается в сравнении, и хорошее всегда куда более памятно.

— Наиболее памятные для вас соревнования?

— Безусловно, это Олимпиады. И еще первый большой успех, после которого я почувствовала, что уже стала гимнасткой. Это было на спартакиаде народов СССР в 1967 году, когда мне сказали, что берут в сборную страны. Для меня это было огромной радостью. Вообще не могла представить, что буду рядом с такими великими спортсменами, как Михаил и Зинаида Воронины, Наталья Кучинская. Они для меня, девочки из обычной рабочей семьи, были где-то там, на недосягаемой высоте.

— И как они вас приняли?

— Я была сложным человечком, как говорится, с характером. Но вошла в коллектив легко. На Олимпиаде в Мехико в пятнадцать лет стала первой девочкой, которая попала туда по специальному допуску МОК. Когда летели, то легендарный борец Александр Медведь все подшучивал над моей фамилией. Я так переживала, даже плакала. А потом была наша победа в командном первенстве. И нас так тепло чествовали.

— Есть даже снимок, вы все в сомбреро.

— Да, каждый шажочек, каждый нюансик запомнился на всю жизнь, ведь для меня такой праздник спорта был впервые. Через четыре года мы были уже взрослее, опытнее. Все воспринималось уже не только на максимальных эмоциях. Мы в Мюнхене достойно выиграли.

— В спорте осталась у вас неосуществленная мечта?

— Конечно, я мечтала стать олимпийской чемпионкой в абсолютном первенстве. Но чего-то не хватило. Скорее всего, трудолюбия. Не любила работать монотонно, немножечко ленивая была, честно говорю.

— Снились ли вам спортивные сны?

— Они и сейчас снятся. И сейчас выступаю на бревне и почему-то забываю упражнение.

— А почему бревно?

— Нет, не всегда именно упражнения на бревне, бывает, что снятся и вольные упражнения.

— Что бы вы отнесли к достоинствам вашего характера?

— Порядочность. Во всяком случае, стараюсь быть такой.

— А недостатки?

— Конечно, есть. Но главное, что я о них сама знаю  и стараюсь избавляться. Вслух же о них пусть мои недруги говорят.

— Вредные привычки?

— Вроде бы Бог избавил, не пью, не курю.

— Что привлекает в людях?

-— Для меня важнее всего — честность, порядочность.

— А что не приемлете?

— Зависть.

— Но в спорте это нередко бывает?

— Знаете, в спорте это что-то другое. А вот по жизни быть завистливым человеком — это страшно, этого я не понимаю и не принимаю.

— В ваши времена за право попасть в сборную страны конкуренция была огромная.

— Но не было драки, не было обид, кто попал, кто не попал. У нас прекрасная была команда. Говорю же, мне очень везло. Мы были настолько дружными, не завидовали друг другу, хотя вся шестерка была такая, что каждая могла стать лучшей. Но рассуждали так — сегодня ей больше повезло и искренне радовались за подругу.

— Как относитесь к животным?

— Обожаю. Причем практически всех. Может быть, немножко брезгливо отношусь к мышам, а так, сколько себя помню, всегда рядом были собаки, кошки, ежи, другая живность. Сейчас на даче живут кошка и две собаки.

— Породистые?

— Нет, приблудившиеся, но от этого я их люблю еще больше.

— Было у вас хобби или спорт забирал все время и силы?

— Какие-то одномоментные увлечения были, но всепоглощающим стала только гимнастика.

— Идеальный отпуск, место, время?

— А я и не знаю, что такое отпуск, не было такого. Когда работала тренером,  во время собственного отпуска все равно ехала с детьми, которых тренировала, они-то должны быть под контролем двадцать четыре часа в сутки. Так и отдыхали вместе, готовясь. Мне это, кстати, очень нравилось.

— Есть сейчас в жизни мечта?

-— Есть, но говорить вслух о ней не стану, это должно быть только моим.

— Какая страна кроме России ближе всего вам по духу?

— Нет такой страны, только Россия мне по духу близка. Где бы ни была,  всегда тянет домой. И даже сейчас, хотя и очень люблю ваш город, и здесь у меня много друзей, но все равно хочется домой.

— Если бы не сложилась спортивная карьера, кем могли бы стать?

— Всю жизнь мечтала быть врачом, потому что это настолько благородное и нужное людям дело. Хотя среди родных и близких врачей не было.

— В спортивной юности у вас был кумир или человек, на которого хотели бы равняться?

— В гимнастике очень любила Зину Воронину. Да  Наташа Кучинская была тоже очень хороша, но Зину я просто боготворила.

— В детстве от родителей вам перепадало?

— Все бывало. Один момент запомнила на всю жизнь. Я уже говорила, что семья была простая, рабочая, без особого достатка. Была копилка, в которую собирали деньги, и в случае крайней необходимости она выручала. А я приспособилась каким-то образом оттуда выуживать денежки, чтобы купить друзьям в деревню, куда меня отправляли к бабушке, немудреные подарочки. Когда это раскрылось, папа пустил в дело главный аргумент — ремень. Родители работали на заводе синтетического каучука.  Мама аппаратчицей, а папа слесарем, он был первым на заводе удостоен ордена Ленина.

— Ваши родители живы?

— Папы, увы, уже нет с нами, а мама, слава Богу, жива.

— Что больше всего цените в противоположном поле?

— Надежность, внимание, порядочность, доброту.

— Излишне спрашивать, как вы познакомились с мужем?

— Гимнастика нас свела. И я за это благодарю Бога.

— За последнее время приобрели новых друзей или потеряли старых?

— Старых друзей теряешь, только когда они уходят из жизни. А приобретать новых друзей в нашем возрасте уже очень сложно. Да и не бывает много друзей. Конечно, мы много ездим, со многими людьми знакомимся. Они прекрасные люди. Но друг это что-то большее, как говорится, это — по жизни. У меня есть несколько таких людей.

— Они из мира спорта?

— Не всегда.

— Можете вспомнить какой-то веселый или курьезный случай из вашей жизни?

— Я человек немножечко закрытый, не отношусь к весельчакам, готовым постоянно хохмить. Поэтому и выделять что-то подобное из своей жизни не рискну.

В 1968 году она в составе сборной СССР дебютировала на Олимпийских играх в Мехико. Была тогда столь молодой, что для допуска на соревнования потребовалось специальное решение. Среди четырнадцати команд сборная СССР была лучшей — 382,85 балла. В ее составе олимпийскими чемпионками стали: Зинаида Воронина, Наталья Кучинская, Лариса Петрик, Ольга Карасева, Людмила Турищева и Любовь Бурда. Серебро завоевала сборная Чехословакии — 382,2. Бронзу — сборная ГДР — 379,1.

А четыре года спустя на Олимпиаде в Мюнхене сборная СССР вновь стала сильнейшей, уже в следующем составе: Людмила Турищева, Ольга Корбут, Любовь Бурда, Эльвира Саади, Антонина Кошель, Тамара Лазакович.

В 1970 году на чемпионате мира в составе сборной СССР титулов чемпионок в командном первенстве были удостоены: Зинаида Воронина, Ольга Карасева, Любовь Бурда, Людмила Турищева, Ольга Корбут и Тамара Лазакович.

www.nvgazeta.ru

От Мехико до Монреаля. История нашей гимнастики - На злобу дня - Блоги

               После Игр в Мехико из сборной-победительницы оставила спорт только Наталья Кучинская. Остальные гимнастки были вполне боеспособны, осваивали новую обязательную программу и новые элементы произвольной.  

Наталья Кучинская

               Никакие фотографии или кадры кинохроники не передают обаяния Кучинской. Ее упражнения были не самыми сложными, но выполняла она их удивительно, это было похоже на танец – на бревне. А уж улыбка… Одно только появление Кучинской на помосте уже сопровождалось аплодисментами, и весь зал смотрел только на Наталью. В Мехико вообще было повальное сумасшествие. Мексиканцы ходили за ней толпой, а президентский сын сделал ей официальное предложение – руки и сердца. Местное телевидение несколько раз показывало (по просьбам зрителей) фильм о Кучинской. Кстати, то фильм делал наш режиссер, и его показывали по нашему ТВ. Я его (фильм) смутно помню. В общем-то слава Кучинской не вполне соизмерялась с ее спортивными достижениями, но это ничего не меняло. А золото в олимпийском финале на бревне означало, что даже судьи поддались ее обаянию.

                Еще до Мехико Кучинская переехала из Ленинграда в Киев. Ее передали другому тренеру – Владимиру Смирнову, потому что тренер Кучинской подал заявление на выезд. В Мехико она была далеко не в лучшей форме. Пик ее так и остался в Дортмунде-1966. А после Мехико фамилия Кучинской просто исчезла из протоколов. Не знаю причин ее ухода. Ведь оставались и Дружинина, и Петрик. Скорее всего, были на то причины личные. Да и воздушная гимнастика, наиболее яркими представительницами которой были Полина Астахова и Наталья Кучинская, уходила в прошлое – окончательно и бесповоротно. Наступало время Турищевых и Янц. 

                Потом в советской печати периодически появлялись порции гадостей в ее адрес.  Кому-то и спустя годы не давала покоя ее былая слава. А потом она оказалась гражданкой «незалежной». Сейчас Кучинская с мужем в США, тренирует детишек. По крайней мере, так было лет пять назад. А я ее помню такой… как яркий лучик.         

               На Кубке СССР, проходившем в конце апреля 1969 г. только по произвольной программе, отбирались участницы предстоящего через три недели чемпионата Европы. Выиграла Кубок страны Людмила Турищева, выиграла очень уверенно.

Людмила Турищева

Занявшую второе место Людмилу Шабалину она опередила на 0.8, а Ольгу Карасеву – на 1.0 балл. Для четырех снарядов это пропасть. Из сильнейших там выступала еще только Любовь Бурда, но она и вовсе осталась на шестом месте, проиграв Турищевой 1.65. В общем-то победа Турищевой тогда показалась из разряда «в нужное время в нужном месте» – лидеры еще не в форме. На чемпионат Европы в Ландскруну отрядили Турищеву и Карасеву.   

                Ольга Карасева в том сезоне выглядела очень хорошо, и считалась лидером команды. Однако в Ландскруне предстояла встреча с 17-летней Карин Янц из ГДР, занявшей в Мехико шестое место в многоборье, четвертое в финале на бревне и выигравшей серебро на брусьях. И эта встреча много радости не обещала.  

Карин Янц

                Соперничать с Янц на чемпионате Европы наши девушки не смогли. Немка выиграла более чем убедительно, опередив Карасеву на 0.55 балла. Бронзу разделили Турищева и другая гимнастка ГДР Эрика Цухольд. Янц выиграла золото на трех снарядах, и только в вольных проиграла Карасевой.

Ольга Карасева

К золоту в вольных Карасева добавила два серебра – на брусьях и бревне, и бронзу в опорном прыжке. Турищева ограничилась двумя бронзовыми медалями – на брусьях и в вольных. 

Карин Янц               

               В октябре 1969 г. – чемпионат страны. Там побеждает Любовь Бурда, ученица Юрия Штукмана. Вторая – Лариса Петрик (тренер Михаил Клименко), третья – Турищева (тренер Владислав Растороцкий), четвертая Карасева. Пятое место у 14-летней дебютантки Ольги Корбут из Гродно (тренер Ренальд Кныш).   

               Хочу отметить еще один факт. Международные юниорские соревнования «Дружба»  выиграла 15-летняя Тамара Лазакович из Витебска, ученица Викентия Дмитриева. Эти соревнования гимнастов соцстран впервые начали проводиться в 1965 году, и первой победительницей тогда стала Наталья Кучинская. В 1966 г. выиграла Карин Янц, в 1968 г. – Людмила Турищева (Лазакович была второй). Все они стали ярчайшими звездами мировой гимнастики. И вот – Тамара Лазакович. 

                Я не случайно отметил тренеров гимнасток. Они придерживались разных взглядов на гимнастику. Так, Штукман и Кныш – это трюк, элемент-гвоздь в каждом упражнении. Растороцкий – упражнение-трюк, именно такие программы были у Турищевой. Дмитриев – чистота и классика, отточенность каждого элемента. Лазакович уступала тем же Турищевой и Бурде в сложности, но была очень технична. Однако до 1970-го в основной состав сборной она пробиться не могла.     

                 Наступал 1970-й, год чемпионата мира в Любляне. Чемпионский трон свободен. Кто его займет?

                 Майский чемпионат страны в Минске выигрывает Любовь Бурда. За ней – набравшая форму Зинаида Воронина. Серебряный призер Мехико Зиночка Дружинина вышла замуж за абсолютного чемпиона мира, олимпийского чемпиона Михаила Воронина. Третье место заняла Тамара Лазакович, далее – 18-летняя Эльвира Саади из Ташкента, Людмила Турищева, 16-летняя Русудан Сихарулидзе из Тбилиси, Ольга Карасева. 15-летняя Ольга Корбут занимает 13-е место.

                 Турищева в те времена мне не нравилась. Она была похожа на зубрилку-отличницу, добросовестно пересказывающую на уроке выученное домашнее задание.

Людмила Турищева

Была она тяжеловата, предельно серьезная, даже мрачная, комбинации-трюки давались ей с видимым трудом. В общем, на лидера не тянула. Да ее никто как лидера и не рассматривал: Любовь Бурда – вот лидер.  

Любовь Бурда    

                   Август, Кубок СССР. Бурда подтверждает свое лидерство в сборной: она выигрывает. На втором месте вновь Воронина. Турищева третья, но смотрится уже намного лучше и легче, чем в мае. За тремя лидерами – Петрик, Карасева, Лазакович. Лазакович завалила брусья. Корбут выигрывает опорный прыжок и занимает второе место на брусьях. Турищева побеждает на брусьях и в вольных, Лазакович сильнейшая на бревне.

                   Окончательный состав в Любляну: Любовь Бурда, Людмила Турищева, Зинаида Воронина, Лариса Петрик, Ольга Карасева, Тамара Лазакович. Ольга Корбут – запасная. Главные и единственные наши соперницы – сборная ГДР, Карин Янц и Эрика Цухольд.     

                  В Любляне Янц имела все шансы на абсолютную победу. Она лидировала перед последним снарядом – бревном. И с этого бревна упала, потеряла балл и откатилась на четвертое место. В карьере Янц это был единственный шанс стать абсолютной чемпионкой мира. Больше она никогда и ничего в многоборье не выигрывала. Не без ошибок выступала Любовь Бурда. И только Турищева была на всех снарядах практически безупречна. И показала, кто в доме хозяин. В Любляне она стала лучшей гимнасткой мира, и оставалась лучшей еще пять лет. Серебро выиграла Эрика Цухольд, бронзу Зинаида Воронина. Любовь Бурда только пятая, Петрик шестая, Карасева восьмая, Лазакович 11-я. Тамара, если не ошибаюсь, выходила первой ко всем снарядам, да еще и упала. 

Людмила Турищева

              Эрика Цухолд стала чемпионкой мира в опорном прыжке и на бревне.    

Эрика Цухольд

Карин Янц выиграла брусьях. На вольных весь пьедестал – за советскими гимнастками. Победила Турищева, серебро у Карасевой, бронза у Ворониной. Кроме того, Турищева выиграла серебро на брусьях и бронзу в опорном прыжке (серебро у Янц), Воронина бронзу на брусьях, а Петрик – бронзу на бревне.

              Сезон 1971 г. – предолимпийский. Просмотр кандидатов в сборную, подготовка программ. Крупный международный старт только один – чемпионат Европы. В апреле на Кубке страны уверенно побеждает Турищева. Июльский чемпионат СССР – впереди Тамара Лазакович. Турищева делит четвертое место с Ольгой Корбут.    

              Чемпионат Европы 1971 года проходил в Минске, в середине октября. СССР представляли Людмила Турищева и Тамара Лазакович. Карин Янц не приехала, и от сборной ГДР выступали Эрика Цухольд и Ангелика Хельман. В многоборье борьба шла жесткая, спортсменки ошибались, и в итоге Турищева и Лазакович разделили первое место. Цухольд отстала всего на 0.05 балла. Остальные гимнастки были далеко позади. Во второй день турнира Турищева выиграла прыжок и вольные, была второй на брусьях и бревне.

Людмила Турищева

Лазакович – сильнейшая на брусьях и бревне, вторая в опорном прыжке и в вольных. Соревнования показали полное равенство Турищевой и Лазакович.  

Тамара Лазакович

              Год 1972-й. Олимпийские игры в Мюнхене. Отбор в Мюнхен начинался ранней весной, практически с первого старта. Начало апреля, чемпионат страны в Киеве: Турищева, Лазакович, Корбут, Карасева. Воронина занимает только 10-е место из числа кандидатов в сборную вылетает. Начало июля, Кубок СССР: Корбут, Турищева, Лазакович. За ними – Бурда, Саади, 15-летняя белорусская гимнастка Антонина Кошель.  Мимо Игр пролетает Карасева, еще весной считавшаяся 100-процентной кандидаткой на поездку в Мюнхен. А первая шестерка так и останется основным составом.

             Мюнхен-1972.

             В обязательной программе на бревне ошибаются Турищева (9.05), Бурда (9.00), Корбут (9.25). Но в целом команда выступает уверенно, и наши девушки лидируют, опережая сборную ГДР на 1.85 балла. Третье место делят сборные Венгрии и Чехословакии, но они отстают уже на семь (!) баллов. В личном первенстве впереди Лазакович – 38.25, за ней Янц – 38.15, Турищева – 38.05, Корбут – 37.90, Цухольд – 37.80. Бурда седьмая, Саади восьмая, а наша «забойщица» Кошель – девятая.

Тамара Лазакович

             Произвольная программа.

Наши начинают с опорного прыжка, немки – с брусьев. Тамара Лазакович получает самую низкую оценку в команде (9.30), Турищева – самую высокую (9.70). Немки отвечают оценкой Янц на брусьях – 9.70.

Немки переходят на бревно, наши – на брусья. Лучшая оценка у нас – у Корбут (9.70), ее петля произвела впечатление. Турищева отстает на 0.05, а Лазакович снова неточна – всего 9.50. Немки валятся с бревна. Даже Янц получает всего 9.50.

Третий снаряд. Наши на бревне творят чудеса: Турищева, Лазакович и Корбут получают по 9.75. Наши на этом снаряде выигрывают у немецкой сборной больше двух баллов. Янц получает 9.70 на вольных. Судьба командного золота в общем-то уже решена. У наших остаются вольные, где им нет равных, у немок – опорный прыжок.

              Последний снаряд. На вольных у Корбут – 9.75 (знаменитая «ласточка»), у Турищевой – 9.70, у Лазакович – 9.60. Янц напрыгала на 9.80.

              Сборная СССР – олимпийский чемпион. Гимнастки ГДР отстали на 3.80 балла, бронза у команды Венгрии – проигрыш нашим 12.1 балла. Интересно, что команда Румынии на скромном шестом месте с отставанием 19.65 балла.  

               В личном первенстве лучший результат в произвольной программе показали Турищева и Корбут – по 38.80, за ними Янц – 38.70 и Цухольд – 38.20. Лазакович – 38.15, и именно здесь она потеряла всякие шансы на победу. Но в финале учитывается полусумма.

                Перед произвольной программой лидируют Турищева и Янц – по 38.425. Корбут выходит на третье место – 38.325, уступает всего 0.1 балла. Лазакович – 38.200, Цухольд – 38.000, Бурда – 37.675, Хельман – 37.650.  

                В финале Турищева и Янц получают по 9.65 в опорном прыжке, по 9.40 на бревне, На брусьях у Янц – 9.70, у Турищевой – 9.65. Все решили вольные: Турищева зарабатывает 9.90 (высшая оценка соревнований!), а у Янц – 9.70. Турищева – абсолютная олимпийская чемпионка, у Янц – серебро. На третье место вышла Тамара Лазакович, показавшая в финале лучший результат (38.65), и опередившая Турищеву на 0.05. Вот когда стало понятно, чего стоили ошибки в произвольной во время командных соревнований.

Людмила Турищева

                Однако главным событием турнира стало выступление Ольги Корбут. На бревне она получает 9.80 – сальто! На вольных тоже 9.80. После двух снарядов Корбут – лидер! Прыжок – 9.65, и она остается лидером, а ее отрыв только увеличивается: Янц проигрывает уже 0.40, а Турищева – 0.45 балла. Но с брусьев Корбут упала. Два раза. Точнее, раз упала и раз зацепила ногами помост. Оценили ее очень жестко, но по правилам – 7.50. Итоговое седьмое место. Для победы достаточно было 9.50.

Ольга Корбут

                Янц стала олимпийской чемпионкой в опорном прыжке (у Турищевой здесь бронза) и на брусьях (серебро поделили Корбут и Цухольд).

Карин Янц

Ольга Корбут выиграла упражнения на бревне, получив 9.90. Тамара Лазакович перед финалом лидировала, но в итоге отстала на 0.025, получив оценку 9.80.

Ольга Корбут

И в вольных упражнениях Корбут получила 9.90, а Людмила Турищева (9.80) отстала на 0.025. Бронзовую медаль выиграла Лазакович.

Тамара Лазакович

             В Мюнхене могли победить и Лазакович, и Корбут. Янц уже не могла – она упустила свой шанс два года назад, в Любляне. Но победила Турищева. Думаю, это не случайно. Победила действительно сильнейшая во всех отношениях гимнастка.  

             После Мюнхенских Игр ушли Янц, Цухольд, Карасева, Петрик, Воронина, и неожиданно – Тамара Лазакович. Лазакович и до Игр частенько нарушала режим, и Дмитриеву было довольно трудно удерживать девушку от … опрометчивых поступков. Но после Мюнхена Тамара заявила, что устала – и исчезла. Вне спорта она себя так и не нашла, и вообще ничего хорошего не нашла. В 1992-м году Тамара Лазакович умерла. Ей было всего 38 лет. В интернете можно встретить много всякой ерунды про  интриги против Лазакович, что она «чуть не попала» на Игры в Мехико, и не попала только из-за интриг, и что считалось, что в сборной слишком много белорусских гимнасток, и прочее. Всё это бред и чушь собачья. Скорее всего, писалось в припадке национального самоопределения. В Белоруссии всегда были хорошие гимнастки и лучшие всегда были в сборной СССР, и к месту жительства или месту рождения это никакого отношения не имело. Никаких шансов на Мехико у Тамары не было. Она туда даже девятой бы не попала. Никто не мешал Лазакович и в Мюнхене. Просто – не судьба. И не тот характер. Но это была очень яркая гимнастка.      

 

 Продолжение следует

 

www.sports.ru

В день рождения ЗМС СССР, Олимпийской чемпионки Карасевой Ольги Дмитриевны — «Легенды отечественной спортивной гимнастики»

 

 

 

 

 

 

Заслуженный мастер спорта СССР Олимпийская чемпионка Чемпионка мира в командном первенстве Чемпионка Европы в отдельных видах многоборья Многократная чемпионка СССР в отдельныхвидах многоборьяСудья международной категории

 

 

 

Родилась 24 июля 1949 года в Москве.

В 1973 году окончила факультет иностранных языков Московского областного педагогического института, получив диплом преподавателя французского языка, в совершенстве владеет французским языком.

Спортивной гимнастикой Ольга, носившая тогда девичью фамилию Харлова, начала заниматься в до- школьном возрасте. Ее наставниками в разное время были заслуженный тренер СССР Иван Степанович Журавлев и его именитая ученица – прославленная советская гимнастка, двукратная олимпийская чемпионка Софья Муратова. Впоследствии О. Харлова защищала цвета ЦСКА.

Свою первую медаль весомого серебряного достоинства 17-летняя Ольга Харлова завоевала на первенстве мира 1966 года в Дортмунде (ФРГ). Этот чемпионат мира стал серьезной проверкой сил для обновленной и омоложенной на две трети советской женской сборной. В командном первенстве победили гимнастки Чехословакии, в упорной борьбе опередившие наших гимнасток всего лишь на 0,038 балла.Именно здесь она подружилась с Валерием Карасевым, который выступал в мужской команде гимнастов и вскоре стал ее мужем. Семейный «дуэт» впоследствии прекрасно выступал на Олимпиаде в Мехико и на чемпионате мира 1970 года.

На XIX Олимпийских играх в Мехико в 1968 году советской команде, в которую входили Зинаида Воронина, Ольга Карасева, Лариса Петрик, Людмила Турищева, Любовь Бурда, а также Наталья Кучинская, предстояло победить и закрепить успехи, достигнутые советскими гимнастками на предыдущих Олимпиадах.

На тот момент это была самая молодая сборная СССР: средний возраст – 18 лет. Основными соперницами наших девушек были спортсменки Чехословакии и ГДР, в таком порядке они и стали лучшими среди всех команд. В Мехико 19-летняя Ольга Карасева завоевала золотую медаль в командном первенстве.

На чемпионате СССР в 1969 году О. Карасева стала первой в вольных упражнениях.

Участницы для предстоящего через чемпионата Европы отбирались на Кубке СССР, проходившем в конце апреля 1969 года только по произвольной программе. Кубок выиграла 17-летняя Людмила Турищева. Ольга Карасева была третьей в многоборье.

На чемпионате Европы 1969 года в Ландскруне советские гимнастки снова были вторыми в командном первенстве. Ольга Карасева, блистательно выступившая и победившая в своих любимых вольных упражнениях, к личной золотой медали добавила еще и серебро на брусьях, на бревне и бронзу в опорном прыжке.

Победу в многоборье одержала 17-летняя немецкая гимнастка Карин Янц из ГДР, которой проиграла ставшая второй Ольга Карасева, третье место заняла Людмила Турищева.

В 1970 году, на чемпионате мира в Любляне, главными соперницами советских гимнасток выступали Карин Янц и Эрика Цухольд из сборной ГДР. К. Янц, которая в течение соревнований лидировала, имела все шансы на абсолютную победу. Однако из-за падения с бревна она потеряла балл и заняла лишь четвертое место. В Любляне лучшей гимнасткой мира стала Л. Турищева. О. Карасева с подругами по команде завоевала общекомандное «золото» и личное «серебро» в своих коронных вольных упражнениях.

И вот – предолимпийский 1971 год. Идет просмотр и отбор кандидатов в сборную, подготовка к единственному в сезоне крупному международному старту чемпионату Европы. В апреле на Кубке страны в многоборье уверенно побеждает Л. Турищева, О. Карасева – в тройке призеров. В июле 1971 года в Москве на Спартакиаде народов СССР после обязательной про- граммы вперед вышли два ярких лидера – Ольга Карасева и Тамара Лазакович. После произвольной программы Т. Лазакович обогнала соперницу и выиграла Спартакиаду и чемпионат СССР. Заслужившая «золото» в вольных упражнения и в упражнениях на бревне, а также «серебро» на брусьях Ольга Карасева стала второй в многоборье. Однако на чемпионат Европы в Минск отправились Л. Турищева и Т. Лазакович.

 

1972 год, Олимпийские игры в Мюнхене. Отбор в Мюнхен начинался ранней весной, практически с первого старта. В начале апреля 1972 года на чемпионате страны в Киеве выявилась четверка лучших: Л. Турищева, Т. Лазакович, О. Корбут, О. Карасева.В начале июля на Кубке СССР Корбут, Турищева, Лазакович составили тройку призеров. Еще весной считавшаяся стопроцентной кандидаткой на поездку в Мюнхен, Ольга Карасева в сборную и на Олимпиаду не попала и завершила спортивную карьеру.

Завершился и романтический, артистический период в женской спортивной гимнастике. На гимнастическую арену вышло новое поколение, владеющее элементами «ультра-си». Однако связи с гимнастикой Ольга Карасева не теряла. С 1972 года она работала в Международном управлении Спорткомитета СССР переводчиком и референтом по спортивной гимнастике, готовилась баллотироваться в члены технического комитета Международной федерации гимнастики. В 1976 году получила звание судьи международной категории по спортивной гимнастике, работала спортивным инструктором.Отойдя о профессиональной деятельности, Ольга Карасева увлеклась собаководством. С 2005 года она – член Российской кинологической федерации, с 2008 – ответственный секретарь Национального клуба пород рассел терьеров и Московской кинологической общественной организации «Рассел терьер плюс».

О.Д. Карасева Ольга Дмитриевна – чемпионка олимпийских игр в командном первенстве (1968), чемпионка мира в командном первенстве (1970), серебряный призер чемпионата мира в командном первенстве (1966) и в вольных упражнениях (1970), чемпионка Европы в вольных упражнениях (1969), серебряный призер чемпионата Европы в многоборье (1969), в упражнениях на бревне (1969) и брусьях (1969), бронзовый призер чемпионата Европы в опорных прыжках (1969), чемпионка СССР в упражнениях на бревне (1971) и в вольных упражнениях (1969, 1970, 1971), серебряный призер чемпионата СССР в опорных прыжках (1971) и в многоборье (1971), бронзовый призер Кубка СССР в многоборье (1969, 1971) и в вольных упражнениях (1967).

 

Награждена Грамотой Президента Российской Федерации «За значительный вклад в развитие спорта и международного спортивного сотрудничества, за пропаганду здорового образа жизни» (2010), медалью «В память 30-летия Олимпийских игр 1980 года в Москве» (2010), Почетным знаком «За заслуги в развитии Олимпийского движения в России» (2009).

Заслуженный мастер спорта СССР, судья международной категории.

sportgymrus.ru

| Как Любовь мужскую гимнастику спасла

Николай Андрианов — семикратный олимпийский чемпион, самый титулованный спортсмен мира и лучший гимнаст XX века. За одиннадцать лет выиграл 67 медалей, 37 из которых — золотые.

Андрианов первым исполнил тройное сальто в соскок с перекладины и стал единственным российским атлетом, кому была доверена честь произнести «Клятву честности» на Олимпийских играх. «Николай Андрианов, 5-й класс — способности средние, ершист, упрям» — это запись 1964 года из дневника Николая Толкачева — основателя волгоградской гимнастической школы. К нему в секцию как-то пришла ватага местных сорванцов — просто так, от нечего делать. Среди них был и Колька Андрианов по прозвищу Гаврош — «волчонок» и безотцовщина. Рисковый, отчаянный, дерзкий, насквозь пропахший табачным дымом. Без него не обходилась ни одна уличная драка, и дети из приличных семей обходили его стороной. Но Толкачев взял его. Дрогнуло сердце: в свои двенадцать Колька уже многое прошел. Гимнастическая фактура — ровная, точеная фигура с прямыми линиями — и хорошая координация позволяли надеяться, что из парня выйдет толк. Но он совсем отбился от рук. Их у матери было четверо — Колька и три сестры. Она не то что заниматься воспитанием, прокормить их не могла. И Толкачев взял Кольку к себе. Засел с ним за учебники и даже стал ходить в школу на родительские собрания.

Колька менялся на глазах. О нем уже говорили: скромный, серьезный парень. В шестнадцать взял свое первое — юношеское золото. А через два года на чемпионате Европы выиграл в опорном прыжке и на коне. Был техничным и артистичным, делал все легко, непринужденно. Программы его отличались высочайшей сложностью, но выступления были нестабильны. Свой первый серьезный турнир — юношеское первенство страны — Николай провалил. На чемпионате Европы в Мадриде, увидев орду зрителей, едва справился с волнением. На первой Олимпиаде выиграл только вольные. С коня упал. В прыжке, услышав звон колоколов с трибун, упустил золото. А перед второй Олимпиадой — в Монреале — проиграл Кубок страны и чемпионат мира. В «физике» и технике Николай прибавлял, но психологической устойчивости не хватало.

Специалисты забили тревогу. Лидеры мировой гимнастики японцы привезут на Игры маститых бойцов: Като, Цукахару, Кенмоцу. А наша сборная полностью обновилась. Андрианов — единственный опытный гимнаст, и его провалы на предолимпийских стартах ставили под угрозу выступление команды. Но вдруг произошло чудо: Андрианов резко изменился. Секрет был прост как мир: он влюбился. Его избранницей стала известная гимнастка Любовь Бурда. В спорте встречаются «семейные» дуэты. Но этот оказался на редкость продуктивным. Андрианов вошел в историю своим уникальным стилем, а Любовь Бурда стала не только первым исполнителем «вертушки» на 540 градусов, но и вдохновением главной надежды мужской сборной. Наша команда в Монреале проиграла. Но Андрианов стал абсолютным чемпионом и выиграл три золота в отдельных видах, прервав японскую гегемонию, длившуюся шестнадцать лет. Своим выступлением он вывел гимнастику на уровень искусства и был признан самым элегантным на турнире. А спустя четыре года на Играх в Москве, с переломом ребра и серьезной травмой голеностопа, завоевал свое седьмое золото. И кто будет сомневаться, что стать непобедимым ему помогла Любовь?

После ухода с помоста Андрианов тренировал наши сборные — молодежную и взрослую. Разработал собственную методику подготовки, и его ученики не проиграли ни одного международного турнира. Но после развала Союза уехал в Японию. Бывший соперник Мицуо Цукахара пригласил его поработать с японской сборной и со своим сыном. К этому времени японцы не поднимались выше 8–10-го мест. А Наойя Цукахара был 49-м в чемпионате страны. Но через два года работы с Андриановым стал десятым на Олимпиаде, выиграл серебро чемпионата мира, а на афинских Играх — в составе сборной — завоевал золото. Наша сборная тогда стала шестой. Так волею судьбы, честно исполнив свой профессиональный долг, Андрианов вернул нашим соперникам золото, которое отобрал почти тридцать лет назад. Японцы боготворили его. Но душа рвалась домой: в Волгограде осталась его Любовь. Все это время они встречались лишь изредка — на международных турнирах. Куда приезжали: он — как тренер, она — как арбитр. И теперь, спустя долгих семь лет, воссоединились. Вместе служат любимому виду спорта. Он — директором школы олимпийского резерва, той самой, где начинал сам. Она — завучем. Оба тренируют детей. «Пора отдавать долги», — говорит Николай Андрианов.

|Личное дело

Андрианов Николай Ефимович

Родился 14 октября 1952 года во Владимире. Заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР. Семикратный олимпийский чемпион, многократный чемпион мира, Европы и СССР. Награжден: орденами Ленина, Трудового Красного Знамени. Дважды занесен в Книгу рекордов Гиннесса. Окончил Волгоградский педагогический институт. Любит гольф и рыбалку.

Оцените материал:

www.sportsdaily.ru